Гала-представление «Ночь в Сеуле» в Национальном театре продемонстрировало противоположные балетные традиции — русскую, французскую, американскую и датскую — через последовательность знаковых номеров, а не единый сюжет. Финал включал премьер-солистку Мариинского театра Май Нагахису и Чон Минчхоля в исполнении «Ромео и Джульетты» Лавровского; Джульетта Нагахисы была отмечена за контролируемые линии и музыкальную чуткость, тогда как Чон обеспечивал надежное, сдержанное партнёрство. Королевский балет Дании представил номера в стиле Бурнонвиля (датская техника XIX века, характеризующаяся быстрыми, непрерывными шагами и, казалось бы, невесомыми приземлениями), в частности «Ла Сильфида», где мужская роль Джеймса привлекла внимание живой, переменной работой центра. Неожиданно танцовщик Парижской оперы Кан Хо-хён адаптировался в короткий срок вместе с Чоном для исполнения отрывков Делѝбеса, продемонстрировав отточенную химию несмотря на ограниченную репетицию. American Ballet Theatre предложил классические па-де-дё из «Лебединого озера», «Спящей красавицы» и «Дон Кихота», хотя критики отмечали скудность постановки и монохромное освещение, что уменьшало визуальное разнообразие. В целом гала создала увлекательное сопоставление международных балетных словарей и эстетик, а не рассказывала одну историю.
